История певицы U:LAV: как быть поп-музыкантом, когда твоя мать - оперная дива

Может ли насилие со стороны педагога отбить любовь к музыке, почему в украинском шоу-бизнесе принято скрывать принадлежность к ЛГБТ и как в одной творческой семье (мать нашей героини - звезда мировой оперы Людмила Монастырская) уживаются два поколения с абсолютно разными подходами к музыке - в истории Анны Монастырской из первых уст.

22-летняя украинская певица, известная как U:LAV, не так давно выпустила дебютный EP "Лупа". В своих песнях девушка иронично и тонко затрагивает темы, о которых не принято говорить публично. И ее история тоже не проста.

Педагог меня била и давила психологически, а я молчала

- Родители с детства приучали меня к музыке: брали с собой на концерты, репетиции. Потом отдали в музыкальную школу. Я была полностью погружена в творческую атмосферу, и мне это нравилось. 

Протест начался в 10-12 лет. Моя первая учительница фортепиано оказалась очень абьюзивной женщиной. В ход шло все: от битья по рукам до унижения по социальному статусу. 

Родители тогда работали в Академическом театре для детей и юношества и очень мало зарабатывали Она об этом знала и постоянно упрекала меня в том, что у нас нет денег даже заплатить за музыкалку.

Тогда я молчала, потому что думала: это я, а не она какая-то не такая. Знаю, что многие дети не могли за себя постоять из-за "авторитета" препода. 

Неизвестно, чем бы все закончилось, но мне максимально повезло. Карьера мамы пошла вгору, мы переехали, а я перешла в музыкальную школу № 2 на Ярославом Валу. Здесь моим педагогом стала очень теплая душевная женщина Лариса Вячеславовна, которая вернула мне любовь к игре. 

Ушла из Глиера, чтобы не переступать через себя

Сперва я не думала о карьере музыканта всерьез. Мама не то, чтобы меня отговаривала, просто предупреждала. Ее путь к успеху был сложным и долгим, поэтому она знала: случаются ситуации, которые могут сломать даже очень талантливого человека, ввести его в ступор. Но в какой-то момент я поняла: другой отрасли, которая притягивала бы меня настолько сильно - нет.

Я поступила на специальность "Хоровой дирижер" в Глиера, потом перевелась на "Эстрадное отделение". Но так его и не закончила. В институте собрали целый консилиум, пытались меня отговорить, ссылаясь на авторитет мамы. Сперва я поддалась на манипуляции, но спустя несколько месяцев все равно ушла, потому что понимала: не могу переступить через себя и свои принципы.

Почему я решила уйти? Знания, которые я там получила, были мне полезны. Я не жалею о проведенном там времени. Но это академическое направление, а меня привлекает неформальное образование. Сейчас я занимаюсь индивидуально: беру уроки вокала и сценречи. 

Семья с треском приняла мое решение. Дедушка и бабушка до сих пор спрашивают: Что по учебе? Собираюсь ли я куда-то? Если увижу, что в Украине появился современный формат обучения музыкантов - с удовольствием присоединюсь. 

Чтобы получить опыт - пела на улице

Свои первые песни я написала в 17 - 18 лет. Мы с моей девушкой Настей - на тот момент она была просто моей подругой - собирались и вместе импровизировали. Я что-то наигрывала на фортепиано, а Настя - подбирала стихи. 

Постепенно я поняла, что хочу выражать что-то свое словами, а не только музыкально, ведь никто лучше не опишет то, что у меня внутри. Для меня было важно научиться передавать не только чужие чувства, но и свои. Так появились мои авторские тексты. 

Аня и ее девушка Настя

В то же время мы создали группу TWOOє. Там были две девочки-скрипачки, барабанщик, гитарист и даже трубач. Пробовали себя как уличные музыканты: выходили, зарабатывали деньги. 

Эти первые шаги были самыми сложными, особенно когда мы выступали на Ярославовом Валу. Местные бабушки ругали нас за то, что мы создаем шум, а поскольку я была фронтвумен - для меня это всегда было так волнующе и стыдно. Тогда мы были просто аматорами - нужно очень много практики, чтобы перестать волноваться, держать контакт с людьми, вести беседу, а не просто петь и смотреть себе под ноги. 

Но прохожие все равно нас слушали, благодарили. И это вдохновляло. 

Чтобы признать себя публично- ЛГБТ-парам нужно приложить усилия

Мой новый проект называется U:LAV. В творчестве мне хочется затрагивать темы, которые раньше мало кто поднимал. В поп-музыке не принято говорить о своих глубоких размышлениях, которые не ограничиваются проблемами любви-расставания.  

Мне нравится говорить о человеческой сущности, о борьбе внутренних демонов, о глобальной проблематике, с которой сталкивается планета: безумие техпрогресса, потеря собственной значимости среди огромного количества "идолов", угасающее качество живого общения. Через что-то я прошла сама, что-то просто наблюдаю и фиксирую в виде метафор. 

В видео на песню "Де ж тут жити?" снялась моя девушка Настя, но это было непреднамеренно. По сюжету, мы показываем планету людей, которые истощены от засухи и живут под гнетом невидимой страшной силы. На тот момент у Насти были практически белые волосы, как у альбиноса. Ее увидела режиссер видео Александра Черзорова и решила, что она идеально подходит на роль альма-матер этой планеты. Просто так сошлись карты. 

Не все ЛГБТ-пары сразу могут заявить о себе. Чтобы признать себя, человека рядом и показать его обществу - им нужно сделать очень большие усилия над собой. Очень часто, особенно в постсоветском пространстве, такие пары сталкиваются с неприятием. 

Когда мы с Настей только начинали встречаться - тоже ощущали очень большой барьер перед внешним миром, но в какой-то момент решили пойти на психотерапию. Занимаемся уже два года: и для меня, и для нее это дало огромный прогресс. Мы начали больше себя осознавать и принимать такими, какие мы есть. 

Бабушка включает игнор, а мама понимает

Сперва, когда мы вместе появлялись на людях, брали друг друга за руку, начинали обниматься - в этом был какой-то протест, даже нигилизм. Теперь это ушло - осталось желание показать и объяснить обществу, что я имею право быть такой. Просто в нашей стране не было нормального сексуального воспитания, поэтому мы принимаем только традиционные отношения и все, что нам внушали.

Вместе с мамой Людмилой Монастырской и девушкой Настей.

Моя бабушка с дедушкой - люди старой закалки. Честно говоря, я уже устала им что-то доказывать и объяснять. Если бабушка приезжает в Киев и видит нас с Настей - у нее включается режим игнора. Она просто не может это воспринять и понять. Но я ее уже не корю, потому что понимаю: бабушка есть бабушка. А мама воспринимает все отлично. Она много ездила по миру и очень продвинутый в этом плане человек. В творческой среде много представителей ЛГБТ. 

Учусь использовать карантин на благо

Вместе с мамой

Мне во многом повезло с мамой. Она понимает, что метод кнута и пряника со мной не работает, да и сама через многое прошла. Помню, как менеджер учил ее воспринимать только конструктивную критику. У меня сейчас тот же этап, когда нужно научится отличать мухи от котлет и слушать только тех людей, которые могут объективно сказать что-то о моей музыке или обо мне.  

В период карантина я, как и все, сбита с толку. И первое, чему я учусь - не воспринимать ситуацию в штыки, а использовать ее на благо своему развитию и творчеству. Буду заниматься созданием новых песен и видео в домашних условиях. 

Карантин же дан не просто так, а чтобы обезопасить людей. И это должно быть на первом месте. А когда все уляжется - будут и концерты, и коллаборации. Посмотрим, как пойдет.   

Фото представлены пресс-службой певицы. 

Ольга Лицкевич
Для публикации комментариев нужно авторизоваться!
Через социальные сети
Через почту
Вы
укр
рус
© 2018 «Йод.Медia». Все права защищеныРазработано Wander Black
Мы собираем и используем cookie для того, чтобы формировать достоверную статистику и делать контент интересным для каждого из наших читателей. Что такое cookie-файлы, как их включить / выключить, вы можете прочитать здесь.Редакция уважает авторское право, поэтому, если хотите перепечатать любой наш материал, напишите нам.
Поиск
Войти
Через социальные сети
Через почту