Захер-Мазох и его фетиши: альтернативная история рождения БДСМ во Львове

Если во Львове выйти на Сербскую и пройти два шага, можно увидеть людей, сующих руку в латунный карман статуи. Подойдя, можно выяснить, что это статуя писателя Леопольда фон Захер-Мазоха, стоящая на входе в кафе. Если зайти внутрь, можно обнаружить цепи, наручники, официантов с плетьми и барельефы гениталий. А если читать дальше, можно узнать, что это за человек, и причем тут к литературе плети.

Мир большой, в один и тот же день в разные годы происходит куча интересного и значимого. Например, 9 марта в Украине все знают как день рождения великого Кобзаря, однако в этот же день 125 лет назад умер не менее любопытный персонаж из мира писателей - Леопольд фон Захер-Мазох.

Под руку с де Садом Мазох стал у истоков БДСМ как отдельной сексуальной культуры (не на ровном же месте появился садомазохизм). Вокруг личности писателя и публициста вязким облаком клубятся мифы, домыслы и недостоверные гиперболы, заслуженные неоднозначностью наклонностей и фетишей этого человека.

Впрочем, если в далеких восточных землях озаренные монахи предлагают людям задуматься о карме, то на западе прагматичные психоаналитики 19-го века поправляют на носу пенсне в тонкой оправе и намекают, что карма - это, может, и хорошо, но ноги растут всё-таки поближе - из детства.

Минутка биографического бэкграунда

Детство и отрочество ребенка зачастую проходят в лоне семьи, и часто именно семья оказывает колоссальное влияние на формирование дытыны как личности.

Возникает закономерный вопрос: чем таким надо было навлиять на малыша Лео, чтобы он потом всю жизнь писал и мечтал про плети, которыми хищно-роскошные дамы, одетые в меха, хлещут того, кто добровольно отдается им в рабство, будучи готовым сменить аристократичное имя на имя крепостного украинского крестьянина и отзываться на него? 

Разбираемся.

Про насилие

Леопольд родился в католической семье в 1836 году и назван в честь отца. Леопольд-старший был начальником полиции Королевства Галиции и Лодомерии. Все детство юного Лео проходило в окружении историй с папинькиной работы о казнях, пытках и всяческих наказаниях.

Когда тебе 10, за окном - печально известная Галицийская резня в год местной революции 1846 года, а карающей стороной руководит родной отец, сложно такое игнорировать. Любимыми книгами юнца стали жизнеописания великомучеников, будущего писателя завораживали картины жестокости. 

Несмотря на то, что Лео рос в интеллигентной семье, попутно знакомясь прелестями драматургии, трепетом украинского фольклора и красотой природы (папа мальчика был хоть и военным, но все же тонким человеком и пытливым натуралистом - в домашнем музее жили занятнейшие палеонтологические экспонаты), служба отца неизгладимо сказалась на дальнейшей жизни сына.

Про Украину

Да, кстати о фольклоре. В роду отца - испанцы, немцы, французы, мигранты из Праги, родители матери - выходцы из чешско-немецкой диаспоры и румыны. Откуда, собственно, среди всего этого западного благолепия взяться носителям проникновенных историй про “співучу та мальовничу”?

Ее звали Гандзя. Дородная украинка, которой в свое время новорожденного, по словам врачей, феноменально хилого и чудом живого Леопольда отдали как няне, дабы та его выкормила, выходила и воспитала.

Не Арина Родионовна, конечно, но все же весьма чуткая и значимая в жизни будущего писателя женщина, она знала мильйон народных песен и историй, которые Лео буквально впитал с молоком, а затем, уже писательски окрепший, бережно вплел в ткань своих произведений.

Про плети

Еще одной знаковой фигурой в жизни Леопольда был дед, Франц фон Мазох. Собственно, по его просьбе мать Лео, выходя замуж, и не поменяла фамилию полностью, взяв вместо этого двойную: похоронивший двух сыновей старик очень не хотел, чтобы род прервался и фамилия была забыта, - так и появились Захер-Мазохи. 

Лео деда обожал, они часто гуляли вместе. По словам Леопольда, “прохожие узнавали дедушку и кланялись ему”. Да, профессор фон Мазох был видной фигурой, доктором фармацевтики и ректором Львовского университета. Но не ректорством единым. Францу фон Мазоху приписывают авторство весьма нетипичного метода борьбы с холерой, бушевавшей в Галиции в свое время.

Суть в том, что больного подвешивали и хлестали плетьми со всех сторон. Мол, с потом и криками болезнь покидает организм. Главное - не переусердствовать, чтоб пациент таки не помер. Метод оказался на удивление эффективным, хоть и радикальным - так-то это вам не подорожник приложить. Считается, что именно благодаря Мазоху отступила одна из самых страшных эпидемий холеры на его родине. 

Такой вот интересный профессор, и внук ему вырос под стать.

Про меха

Слабость к властным доминирующим женщинам, облаченным в меховые накидки, Леопольд фон Захер-Мазох пронес через всю жизнь - она впечаталась в основу многих его эротических описаний в повестях, а также стала чуть ли не главным личным фетишем (что, в целом, взаимосвязано). Уверена, в свое время психоаналитики довольно присвистнули, узнав, что ноги у этой истории растут аккурат из детской травмы.

Во времена бушующего пубертата десятилетний Лео спрятался в шкафу и подглядывал за своей тетей. Так-то он с сестрами в прятки до этого играл, но едва графиня Ксенобия, так ее звали, вошла в спальню, игра стремительно забылась.

Тетя Леопольда была безусловно эффектной, неимоверно красивой женщиной, постоянно носила меха, пользовалась несказанным успехом среди мужчин и славилась жестоким нравом. Если и был наиболее подходящий объект для влажных фантазий неловкого подростка, то кто, как не она?

В общем, спрятался Леопольд в шкафу. Графиня тем временем завлекла в комнату любовника, вскоре ворвался муж с двумя товарищами, намереваясь проучить жену.

Скандал, интрига, накал эмоций - но графиня была не из робкого десятка, и пока любовник, перепуганно прикрыв самое дорогое, сбежал, мадам жестоко избила и мужа, и его ошарашенную свиту. 

После этого любовник вернулся (мужчина был пугливый, но целеустремленный), и сквозь щель в шкафу перепуганный, но словно завороженный Леопольд наблюдал за тем, как Ксенобия беспощадно хлещет гостя плетью, пока тот стонет от наслаждения. Когда спектакль был окончен, подросток всё же выдал себя каким-то неловким движением и шорохом.

Фрагмент письма Леопольда фон Захер-Мазоха

Разъяренная графиня выпорола Леопольда, "чтоб неповадно было", но не угадала с эффектом - да, больно было, но помимо этого будущий писатель словил себя на том, что чувствует какое-то необъяснимое наслаждение от ударов.

Так начался путь Захер-Мазоха в исследовании собственных фетишей.

Первые пробы пера

Через два года после переломно-выразительного случая с тетушкой, Леопольда семья Захер-Мазохов переезжает в Прагу. Там Лео прилежно учится, дабы по достижении совершеннолетия собрать вещички и отправиться покорять университет. Степень доктора права он получает в Австрии уже в 19 лет, однако душа его лежит не к этому.

В 1858 году Леопольд фон Захер-Мазох анонимно публикует “Одну галицийскую историю. Год 1846”. Да, куча писателей во все времена публиковала свои произведения, не подписываясь, но конкретно в данном случае рисуется довольно забавный контекст. Лео хотел как бы со стороны понаблюдать, что из этого выйдет и как отреагирует читатель. Подсмотреть его реакцию, но не с позиции автора. 

Эдакий литературный вуайеризм. Довольно ироничная аналогия со шкафом в родном доме получается...

Цепкий глаз молодого Захер-Мазоха тем временем продолжает выхватывать сочные детали современности и окружающей бытности, которые впоследствии ложатся на бумагу незаурядным, но гармоничным слогом. Пусть Леопольд и прославился по большей мере именно своими сексуальными предпочтениями, увы, общественность рассматривает их отдельно от написанных произведений, а ведь они были тесно взаимосвязаны, на протяжении всей жизни автора, перетекая одно в другое и обратно.

На дворе завывал ветер, мокрый снег хлопьями лепился в окна. Графу послышался за стеной звук поцелуев – это Генриетта целовала ноги своей повелительницы, одевая на них меховые туфли, – целовала со всею страстностью древней языческой жрицы, приносящей жертву Венере.
Отрывок из произведения "Губительница душ".

Одним из первых серьезных воплощений в жизнь эротической фантазии, волновавшей Захер-Мазоха с самого отрочества, стал договор со вдовствующей баронессой Фанни фон Пистор-Богдановой в 1869 году. Согласно условиям, прописанным в бумаге, Леопольд (тогда уже профессор истории Львовского университета) отказывается от своей аристократической сути в присутствии баронессы, отзывается на имя Грегор (Григорий - классическое имя крепостного крестьянина в Российской империи) и на полгода по своей воле буквально отдается в рабство при условии, что вдова будет носить меха.

Леопольд фон Захер-Мазох и Фанни фон Пистор
Герр Леопольд фон Захер-Мазох своим честным словом обязуется быть рабом фрау Фанни фон Пистор, безоговорочно исполнять все ее желания и приказания в течение шести месяцев. Со своей стороны, фрау Фанни фон Пистор не имеет права домогаться от него чего-либо бесчестного, лишающего чести, как человека и гражданина. Кроме того, она должна предоставлять ежедневно 6 часов для работы и никогда не просматривать личные письма и записи. При каждом проступке, упущении или оскорблении величества Госпожи Фанни фон Пистор может наказывать раба, как ей заблагорассудится... Госпожа обещает, что будет носить меха, как можно чаще, особенно - когда пребывает в жестоком настроении…
Отрывок из того самого договора Леопольда фон Захер-Мазоха и Фанни фон Пистор.

Чем примечательна ситуация, помимо того, что является одной из вишенок на торте писательской биографии? *барабанная дробь* Прошу любить и жаловать, истоки культуры согласия в БДСМ!

Договор сторон уже много десятилетий является для тематиков неотъемлемой процедурой выстраивания иерархий и любых взаимодействий в плоскости "доминант-сабмиссив". Каким бы жестким и животно-грубым ни казался БДСМ общественности, в основе этой культуры лежит принцип согласия и ненасильственности, который необходимо фиксировать, прежде чем что бы то ни было. И в истории формирования этих столпов, на которых зиждется тема БДСМ, Захер-Мазох сыграл далеко не последнюю роль.

История большой страсти и большой клеветы

Аврора, она же Ванда - первая жена Леопольда.

В 1870 году выходит в печать "Венера в мехах", и у Мазоха появляются литературные поклонники и, что важнее, поклонницы.

Так Леопольд знакомится с 26-летней Авророй фон Рюмлин. Внимание писателя зацепили пылкие и интригующие эротические письма, написанные девушкой и подписанные именем главной героини опуса - Ванда фон Дунаева. 

Со временем Захер-Мазох узнает, что девушка ждет от него ребенка, и женится. За годы супружеской жизни пара много переезжает с места на место и нигде не может осесть. Первенца, названного в честь отца, пара хоронит в годовалом возрасте, после чего Аврора рожает еще дважды. 

Несмотря на страстную и наполненную экспериментами интимную жизнь (порка, подчинение и дисциплина, договоренность о присутствии любовника и т.д.), Леопольда фон Захер-Мазоха эти отношения со временем все больше опустошали

Высокомерная и алчная супруга, падкая на роскошь, вконец разоряет Леопольда, и писатель опускается до обыкновенной порнографии, в которой нет ни капли художественного осмысления автором Той Самой сексуальности. Доведенные распрями, постоянными переездами и нищетой, в 1886 году супруги разводятся.

Впоследствии, все так же под именем Ванды фон Дунаев, мадам напишет мемуары, громящие репутацию Леопольда в пух и прах: там он предстанет извращенцем и безвольным вагинострадальцем, испортившем бедной девушке жизнь. Вместе с написанной за время брака дешевой порнографической литературой это довершит искаженный и оболганный образ писателя, не развенчанный в глазах широкой общественности до сих пор.

В возрасте 59 лет Леопольд умирает, предварительно успев жениться и развестись еще раз, перебраться в Германию, стать на психиатрический учет, и в общей сложности оставить за собой литературное наследие в виде 80 повестей, 8 пьес, свыше 100 новелл и нескольких сотен статей и эссе для различных изданий.

Многогранная и неоднозначная фигура интеллигента-тезки родного города до сих пор интересует литературоведов, расшатывает стереотипы и без преуменьшения заслуженно лежит в основе необъятного пласта целой сексуальной культуры. 

Дед Леопольда не хотел, чтобы фамилия Мазохов канула в небытие. Внук добросовестно справился с этой миссией.
Дарина Карапетян
Для публикации комментариев нужно авторизоваться!
Через социальные сети
Через почту
Вы
укр
рус
© 2018 «Йод.Медia». Все права защищеныРазработано Wander Black
Мы собираем и используем cookie для того, чтобы формировать достоверную статистику и делать контент интересным для каждого из наших читателей. Что такое cookie-файлы, как их включить / выключить, вы можете прочитать здесь.Редакция уважает авторское право, поэтому, если хотите перепечатать любой наш материал, напишите нам.
Поиск
Войти
Через социальные сети
Через почту